Особенности детской памяти. Сила повтора.

01:20:15 Кроме того, у детей, последнее, что сегодня мы обсудим, это то, что абсолютно по-другому работает детская память. До, примерно, 9-ти лет дети могут помнить слова, они могут помнить мысли, они могут помнить конкретные действия. Поскольку у них не развито еще логическое мышление, они больше, как мы уже говорили, живут в настоящем моменте, несмотря на эту способность помнить. Поэтому, нереалистичным считается просить ребенка, который младше 9-ти лет, помнить постоянно брать с собой, например, свою коробочку с завтраками, или что-нибудь всегда класть на место, или убирать что-то постоянно. Это является нереалистичным. Оно не основано ни на чем. Ожидание, что ребенок должен такие вещи помнить, не имеет под собой никакой, ну можно сказать, научной или практической основы. Научиться тому, чтобы делать какие-то регулярные действия, которые называются в ведах саданы – регуляция, то, на чем человек сосредоточен, сконцентрирован, делает для своего духовного продвижения или получения новых жизненных навыков. Делает, ежедневно делает, как бы в одном и том же стиле, времени и так далее. Научиться этому ребенок может только благодаря повторяющемуся наставничеству, постоянному напоминанию. Именно постоянному напоминанию, постоянному повтору. Но не стоит ожидать, что он сможет запомнить, что так нужно делать просто потому, что это разумно, просто потому, что это правильно.

01:22:17 Способность к такому, такого вида заключениям, выводам, ребенок разовьет спустя, может быть, только несколько лет. Поэтому, когда родители говорят, что «Я устала тебе напоминать. Неужели ты не можешь понять, что это тебе нужно? Вот ты пришел опять… Ты пришел. О чем ты думал, когда ты шел в школу? Ты опять не взял с собой завтрак» или «Ты опять не взял, не одел шапку» или «Ты опять не принес то» или «Ты опять не убрал то. Я устала тебе говорить. Неужели ты не понимаешь, что я не могу ходить за вами всеми? Неужели вы не понимаете, что я не могу ходить за каждым из вас и все время вам напоминать?» Ответ может быть достаточно горьким. Но сказать можно в этом случае только одно. До тех пор пока не можешь за каждым ходить, надо серьезно задуматься о том, стоит ли вообще приглашать, впускать в свою жизнь живое существо, природа которого, психика которого по своим, по особенным законам. И наше собственное недовольство, наши претензии, оказываются, по крайней мере, безосновательными, и может быть даже иногда абсолютно абсурдными. Поэтому иногда матери, они объясняют: «Если ты забудешь свой завтрак, неужели ты не понимаешь, что если ты забудешь взять с собой бутерброды, ты, в конце-концов, будешь голодный в школе весь день?»

01:23:58 Ребенок до 9-ти лет не способен соотнести эти вещи, у него нету механизма анализа причинно-следственных связей. Даже не может, может быть не способен думать о них, через какое-то время, в будущем. Поэтому единственное, что родители могут сделать – это просто попросить: «Пожалуйста, возьми с собой бутерброды». Или «Пожалуйста, убери это». 10-ый, 100-ый, 1000-ый раз. То раздражение, которое возникает у родителей в связи с тем, что ребенок не слушается, он не внемлет нашим наставлениям, рождается, как и любой гнев, рождается из вожделения. Из вожделенного ожидания, от того, что ребенок стал тем, чем мы думаем, ему было бы уже пора стать. Хотя ребенок просто остается тем, чем ему должно быть, чем положено, и в чем, собственно, прелесть и особенность детства. В том, что он не является взрослым, в том, что мир, который он воспринимает, совершенно другой. Он живет в другом мире. Живет в мире своего детства. И чрезмерное ожидание, такое вот вожделение к тому, что ребенок станет тем, чем мы уже решили, он должен стать, оно увеличивает ощущение у детей того, что родители не являются должным, как бы родители не есть те, кто помогает мне чувствовать себя в безопасности. Это не есть те, кто меня защищает. И само ожидание со стороны родителей, это ожидание слишком многого от ребенка, больше даже чем на что он способен, оно увеличивает ощущение, что мы, как родители, не контролируем ситуацию. Мы потеряли контроль над ситуацией. Что ребенок сам плохой, потому что он сопротивляется или он неадекватен нашему поведению в той или иной форме, нашим ожиданиям.

01:26:17 Неадекватность поведения детей может быть не только потому, что с ними что-то не так, она может быть… они могут казаться нам неадекватны по одной простой причине, что совершенно неадекватны реальности наши ожидания от своих детей. Абсолютно ни на чем не основаны. Поэтому не заключение о том, что ребенок плохой, не заключение о том, что он так иди иначе неадекватен, с ним что-то не так, не являются правильными. Ребенок просто не готов к тому, чтобы помнить, потому что что-то имеет смысл или что-то, что любой разумный человек может понять, что если ты не сделаешь это, то потом будет это. Если ты не возьмешь бутерброды, то ты останешься голодным. Если ты не будешь убирать книжки на место, то ты потом их не будешь находить. Поэтому это ранит, очень сильно ранит ребенка, когда, в конечном счете, родители испытывают глубокую досаду и говорят: «Ну как ты мог забыть? Все дети как дети…» То есть, тексты подобного рода. «Ну как же ты мог так забыть?!» То есть, в голосе, в интонации родителей глубокое разочарование. И это разочарование воспринимается ребенком, опять таки, в силу психики его, не как разочарования тем, что он сделал, а как разочарование в нем самом.

01:27:56 Суть состоит в том, что ребенок не забывает, он не забыл. Прежде всего по одной причине, он не забывает, потому что он не может помнить. Он не может делать эти приоритеты. Он не может сам расставлять, в силу как бы логического мышления, в силу понимания связи между причиной и следствием, ставить на первое место какие-то важные вещи. И если кто-то уж на самом деле и забывает, если кого-то и стоит упрекать в зависимости, то, увы, в первую очередь, заслуженным этот упрек будет в адрес родителей. Которые забывают постоянно, что не все из наших ожиданий на основе того, какие выводы мы делаем по поведению ребенка, по его, тому как он говорит и так далее, какие у нас ожидания от того, на каком уровне развития должен быть ребенок, которому меньше 9-ти лет

Добрый вечер, дорогие радиослушатели. Сегодня мы с вами продолжаем слушать семинар Руслана Нарушевича «12 ступенек в небо». И тема сегодняшней лекции это «О невеселом с оптимизмом. Семья пополам глазами ребенка» и «Унесенные интернетом». После эфира вы можете задавать свои вопросы, дозвонившись нам по телефонам 8-909-933-77-10 или 8-909-933-77-09. Также вы можете писать свои вопросы на ayurvedaradio@mail.ru и после эфира мы обязательно вам ответим. И сейчас я предоставляю слово Руслану. Руслан, вы на связи? Але, але…

00:00:52 Да, я слышу вас. Добрый вечер. Добрый вечер. Приветствую всех на волнах цифрового радио. Сегодня у нас лекция, посвященная, одна из тем – это интернет, общение в интернете, и тема, которая должна предварить новый этап нашего общения, новую форму нашего общения, которую я расскажу подробней слушателям в конце лекции.

00:01:23 Итак, тема сегодняшней беседы нашей называется «О невеселом с оптимизмом». Разумеется, хотелось бы по этим подтемам этой беседы о детях в разведенных семьях, о проблемах в психологии и психике детей, связанные со склонностью к суициду, и, так называемой, интернет зависимостью. Хотелось бы услышать ваши вопросы. Потому что тема, сама по себе, действительно невеселая, нелегкая. Чтобы быть более адекватным вашим потребностям, нуждам, вашим надеждам, хотелось бы услышать и прочитать ваши вопросы. И в общем-то этому я планировал сегодня посвятить большую часть нашей заключительной лекции. Сегодня мы завершаем семинар «12 ступенек в небо» в эфире и он останется доступным для всех, кто может быть подключился, присоединился, вошел в наши ряды уже ближе к концу семинара, он останется доступным в архиве. Все лекции, прочитанные здесь, на аюрведа-радио, можно скачать в архиве прямо на сайте.

Развод и дети.

00:02:56 Итак, очень часто приходят вопросы, в консультативной практике в интернете во время семинаров в отношении положения детей, правильного поведения родителей по отношению к детям, которые живут в разведенных семьях. То есть, когда оба родителя ребенка не находятся вместе, не живут вместе. И статистика, к сожалению, в этом отношении не очень воодушевляющая. В Америке, по подсчетам, примерно каждый третий ребенок к 10-ти годам, уже к 7-ми – 10-ти годам не имеет уже одного из родителей рядом с собой. То есть, один из родителей уже не родной, рядом с ним. То есть, он живет с отчимом или приемной матерью. Поэтому такие вопросы очень актуальны. Очень часто звучат. Ситуацию невозможно игнорировать, потому что в силу отсутствия достаточного знания и обстоятельств, в которых мы живем, в силу влияния внешних факторов и внутренних, разводы становятся все более и более частыми. И поэтому игнорировать, или делать вид, что этой проблемы не существует невозможно. С другой стороны принять ее, как естественную для себя, мы можем, но вряд ли она когда-нибудь станет естественна для детей, для каждого из наших детей, тех, кто оказался в таком положении.

00:04:51 Итак, очень важным принципом, который мы рассматривали в прежних беседах, для того, чтобы ситуацию смягчить для ребенка, для того, чтобы он мог чувствовать себя более-менее адекватно и комфортно эмоционально, важным принципом является принцип – «дети не отвечают за эмоции родителей». Дело в том, что после того, как семья распадается и родители живут, супруги живут врозь, для ребенка каждый из родителей является напоминанием о светлом времени, в его восприятии, о светлом времени, какими бы не были отношения до развода в семье. О том светлом времени, когда его родители были вместе. Кроме того, чаще всего оно кажется светлым просто потому что ребенок сам не столкнулся еще с более взрослой жизнью, скажем, на этапе 12-13-14 лет, когда ребенок психологически сталкивается с определенным давлением этого мира, когда он выходит из под защитного зонтика судьбы своих родителей и сталкивается с давлением одноклассников, с давлением сверстников. В этом смысле ему мир кажется особенно неуютным. Если в добавок еще он не чувствует стабильности и покровительства достаточного в семье, то кажется, что если бы семья осталась вместе, то проблем бы, если бы отец и мать остались вместе, то проблем бы было намного меньше, и восприятие мира было бы более светлым. То есть, в какой-то степени, в силу просто психологических возрастных изменений ребенка, ему кажется особенно тяжелой эта ситуация.

00:07:02 Но самый сложный момент – это в том, что психика ребенка, как мы уже говорили, устроена таким образом, что несет ответственность, он чувствует вину не только за то, что он сам сделал, или к чему он сам причастен, но и за то, что произошло просто в его присутствии, или просто происходит рядом с ним, с людьми, которые близки ему. Поэтому дети тяготятся разводом родителей, чувствуя определенную вину хотя бы в том, что они несостоятельны как-то улучшить положение, и они пытаются, прилагают усилия к тому, чтобы часто, к тому, чтобы как-то связать, помочь воссоединению родителей. И даже иногда уговаривают, спрашивают мать или отца о том, почему ты не хочешь жить, что у вас были за проблемы и так далее. И в этом смысле, хотя он из чувства своей вины пытается помочь родителям, в конечном счете, родители, вместо слишком тщательных объяснений того, почему произошел развод, они должны максимально воздержаться от того, чтобы делиться с ребенком своими эмоциями, которые… тяжелыми эмоциями, которые им приходилось переживать в браке, или приходится переживать теперь, когда семьи в прежнем виде больше не существует.

00:08:35 С другой стороны существуют скрытые, как бы способы, или виды психологического эмоционального давления на детей. Первое – это когда ребенок начинает общаться с одним из родителей, возвращаясь, скажем, после выходных дней, или с каникул, возвращаясь от отца, мальчик приходит домой и мать начинает задавать ему вопросы о жизни отца, о том, как складываются, например, отношения с его новой женой, как он там нашел ли квартиру, и так далее. Все это спрашивается в таком часто настроении, которое проникнуто чувством обиды, злости, неблагожелательности, естественное для женщины, которая, например, была оставлена супругом. Но есть один маленький нюанс, что ребенок здесь абсолютно не причем. Но убедить себя до конца в этом, слыша эти нотки, нотки злости, нотки глубокой обиды, нотки определенного раздражения, надменности, других негативных эмоций, горечи в словах матери, мальчик не способен себя убеждать, в такую медитацию войти, что я к этому непричастен, я в этом не виноват, это их собственные переживания, это их собственные отношения, я не виноват. У ребенка нету к этому потенциала. Даже подняться над ситуацией в этот момент и посмотреть на нее со стороны и проанализировать ее, у ребенка, особенно как мы говорили в прошлый раз, до 9ти лет, в принципе нет такого ресурса, нет физического, психического ресурса. То есть, не развиты центры головного мозга его, которые бы могли помочь ему это сделать, абстрагироваться от ситуации, посмотреть на нее логически, разобщить происходящее с родителями, их собственную причастность к этому, или собственное чувство вины.


6476160916986866.html
6476208444614992.html
    PR.RU™